Аполлон

Аполлон — описание божества

Аполлон — в древнегреческой и древнеримской мифологии бог света, покровитель искусств, предводитель и хранитель муз, прорицатель будущего, бог-врачеватель и олицетворение мужской красоты. Один из наиболее почитаемых античных богов, культ которого распространился далеко за пределы Эллады.

Мифологический образ

Согласно античным преданиям, Аполлон был сыном Зевса и Лето. Уже в младенческом возрасте он победил змея Пифона на горе Парнас, рядом с будущими Дельфами. Этот город считался центром мира, а его оракул — главным пророческим святилищем. От имени Аполлона жрицы изрекали ответы, трактовка которых становилась значимым политическим фактором в античной Греции. В честь божества устраивались праздники и возводились храмы, а его имя легло в основу календарных месяцев в разных областях Эллады.

После походов Александра Македонского почитание Аполлона достигло Индостана. В Риме культ был воспринят ещё в V веке до н. э., но наибольшего размаха он достиг при Октавиане Августе. Император связал своё правление с божеством, формируя идеологию «золотого века», в котором Аполлон выступал гарантом порядка и процветания.

С античности и до Нового времени Аполлон изображался как идеал юношеской красоты. Его образ воплощали Пракситель, Рафаэль, Тинторетто, Лукас Кранах Старший и другие мастера. «Аполлон Бельведерский» считался у Иоганна Винкельмана вершиной художественного совершенства. В Ватикане Рафаэль изобразил бога среди муз и поэтов, подчеркнув его роль как покровителя искусства. В философии XIX века Аполлон стал символом рационального и гармоничного начала в противоположность дионисийскому инстинкту, о чём писал Фридрих Ницше.

Происхождение имени и культа Аполлона остаётся дискуссионным. Среди ранних свидетельств выделяют хеттское упоминание, связанное с Троей. Учёные спорят, было ли это заимствование из греческого или наоборот. Ряд исследователей связывали имя с понятиями «ворота», плодородием (аналогия с Телепину). Российские историки Л. А. Гиндин и В. Л. Цымбурский видели в Аполлоне верховного бога Трои, культ которого распространился в Малой Азии. Швейцарский антиковед Вальтер Буркерт указывал на дорийское происхождение божества, связывая его имя — «собрание». При этом филологи сходятся в том, что окончательная этимология имени Аполлона до сих пор неизвестна.

Архаические черты

Изначально Аполлон мыслился как неодушевлённый фетиш: обелиск, камень или колонна у входа в дом, символизирующие защиту и благоприятное влияние. Постепенно его связывали с различными растениями — лавром, кипарисом, дубом, — а также с животными. Особое место занимал лебедь, ставший эмблемой поэзии и музыки, дельфин как символ морской стихии, а также ящерица и мышь, имеющие хтоническое и мантическое значение. Эпитеты «Сминфей» («мышиный») или «Савроктон» («ящеробоец») указывали на изначальную связь бога с магией и борьбой со злыми силами.

Со временем Аполлон закрепился как бог плодородия и земледелия (Карнейский), пастух и охотник. Лук и стрелы, когда-то охотничьи атрибуты, превратились в символы божественной силы и кары. С одной стороны, его почитали как целителя (эпитеты Алексикакос, Иатромант, Акесий), а с другой — как губителя, насылающего болезни (Гекаэрг, Ликеген). Властная природа Аполлона простиралась и на природные стихии: море, сушу и свет. Эпитет «Феб» («Лучезарный») закрепил за ним роль солнечного божества.

Классическая Греция

В классическую эпоху Аполлон стал воплощением героизма и гармонии личности. Его культ тесно связался с колонизацией: новые поселения нередко называли его именем (Аполлония Понтийская, Аполлония Киренская). Он стал богом юности, гимнастических состязаний, музыки, танца и изящных искусств. Отсюда эпитет «Мусагет» — «предводитель муз». В его окружение включали харит и муз, покровительниц веселья и наук. В философских школах, особенно у пифагорейцев, Аполлон символизировал единство телесного и духовного развития. В представлениях мыслителей XIX–XX веков (Ф. Ницше, О. Шпенглер) этот образ трансформировался в концепцию «аполлоновского человека» — воплощения гармонии, меры и рационального начала.

В эпоху эллинизма культ Аполлона распространился на Восток. Его почитали в Тире, Египте и даже в Индии. Селевк I Никатор объявил себя сыном Аполлона, подчёркивая божественное происхождение династии Селевкидов. В Гандхаре греческие статуи бога стали прототипами для первых изображений Будды. В этот же период усилилось восприятие Аполлона как солнечного божества и символа вечной молодости. Философы поздней Античности, такие как Прокл и Гимерий, акцентировали его артистизм и идеализацию юности.

С распространением идей эвгемеризма культ Аполлона подвергался критике и сатирическому осмыслению. Лукиан Самосатский изображал его как обычного человека с недостатками. В эпиграммах позднего периода Аполлон представлен объектом иронии — его статуи похищали, а прорицания ставили под сомнение. Тем не менее в орфических гимнах он продолжал почитаться как мировой правитель и источник гармонии. В языческом монотеизме Поздней Античности ему отводилась ведущая роль, зачастую в качестве воплощения Солнца и принципа космического равновесия.

Римский культ

Пути проникновения культа Аполлона в Рим антиковеды трактуют по-разному. Среди вероятных источников называют Кумы, этрусские города, где существовал близкий Аполлону бог-пастух Аплу, а также Дельфы. Первое святилище воздвигли на Фламиниевом лугу за пределами померия, так как храмы чужеземным богам строились только вне сакральных границ города. В 433 году до н. э. во время эпидемии чумы жрецы, изучавшие сивиллины книги, постановили построить храм Аполлону Врачевателю. Он был освящён в 431 году до н. э. и долго оставался единственным римским храмом бога. Здесь хранились пророчества Кумской сивиллы, их трактовкой занималась особая коллегия.

Почитание Аполлона в Риме усилилось после ряда общественных потрясений. В 180 году до н. э., после череды загадочных смертей видных римлян, в столице были установлены статуи Аполлона, Эскулапа и Салюс. Наибольшего расцвета культ достиг при Октавиане Августе. Император выстроил вокруг него целую религиозно-политическую систему: Аполлон стал покровителем императора, гарантией наступления «золотого века» и морального обновления общества. Религиозная политика Августа сочетала культ бога с идеей пиетас — почтения к богам, родине и предкам. В 36 году до н. э. Август освятил храм Аполлона Палатинского, украсив его мифологическими и историческими рельефами. В статуе бога угадывались черты самого правителя, что подчёркивало его божественную легитимность.

Образ в других традициях

Аналог Аполлона существовал и у соседних народов. В «Записках о Галльской войне» Юлий Цезарь указывал, что у галлов ему соответствовал Белен — бог исцеления. В Египте греки отождествляли его с Гором, сыном Исиды, а позднее почитали под собственным именем, принося в жертву воронов и ястребов.

С установлением христианства Аполлон стал объектом богословских споров и критики. Тертуллиан высмеивал его службу у царя Адмета и двусмысленные пророчества оракулов. Арнобий отмечал, что Аполлон отсутствовал в молитвах Нумы Помпилия, и считал его позднейшей выдумкой, занесённой в Рим из Греции. Лактанций называл его демоном и Люцифером, видя в прорицаниях доказательство дьявольской природы. Блаженный Августин подчёркивал бессилие бога: он не мог защитить Грецию и сам вынужден был служить людям.

Со временем, когда язычество перестало представлять угрозу, отношение изменилось: Аполлона стали воспринимать не как реального демона, а как аллегорию, персонаж мифологии, чьи истории могли служить назиданием.

В Древней Греции отсутствовал единый календарь: каждая область использовала собственные названия месяцев и по-разному определяла начало года, однако общим оставалась лунная основа счёта времени. День начинался с заходом Солнца, а месяц — вечером того дня, когда появлялась новая Луна. Первый день каждого месяца посвящали Аполлону; с ним же связывали седьмой день и символику числа семь. Согласно преданию, бог родился на седьмой день месяца семимесячным, а его лира имела семь струн, что отражено в эпитете Гебдомагет («седмичник»). Культовые связи числа, лунных фаз и музыкальной меры задавали ритуальный ритм полисной жизни.

Аттика и Дельфы

В Аттике год начинался с первого новолуния после летнего солнцестояния, а первый месяц — гекатомбеон — был посвящён Аполлону как покровителю государства и народа. Второй месяц, метагейтнион, связывали с праздником Аполлона Соседского (Метагейтния), напоминавшим о переселении жителей Мелиты в Диомею и символизировавшим переход от родовых к соседским отношениям внутри аттической общины. Третий месяц, боэдромион, отмечали в честь Аполлона Боэдромия («помогающего в сражении криком»), подчёркивая военную протекцию бога. В четвёртый месяц, пианопсион, ему приносили иресионы — ветви оливы и лавра, украшенные шерстяными лентами, фруктами и сосудами с мёдом и вином, как знаки изобилия и победы над природой. В одиннадцатый месяц, таргелион, праздновали день рождения Аполлона (Таргелии), так что в аттическом круге минимум пять месяцев были непосредственно связаны с его культом.

В Дельфах действовал собственный календарь, где почти все месяцы, за исключением трёх зимних, соотносились с Аполлоном. В месяц бисия вспоминали победу над Пифоном, а в септерион ритуально «провожали» бога в страну гипербореев. Так дельфийский цикл соединял мифологическое время с полисной обрядовостью и закреплял статус святилища как всегреческого центра прорицаний.

Иконография и атрибуты

В изобразительном искусстве Аполлон представлен как идеал юношеской мужской красоты — безбородый, стройный, с пышными волосами, свободно ниспадающими или собранными узлом. Его постоянные атрибуты — серебряный лук и золотые стрелы, кифара или лира, лавровый венок; иногда — эгида и ниспадающая одежда, когда бог музицирует или руководит хорами муз. Среди известных античных скульптур выделяют «Аполлона из Беотии» (VIII век до н. э.), «Аполлона Тенейского» и «Аполлона Птойского» (VI век до н. э.), «Аполлона из Вей» (около 500 года до н. э.), «Аполлона из Пьомбино» (начало V века до н. э.). По римским копиям известны «Аполлон Тибрский» Фидия, «Аполлон, убивающий ящерицу» Праксителя, «Аполлон Кифаред». В рельефе западного фронтона храма Зевса в Олимпии фигура Аполлона занимает центр, а сцены его мифов широко представлены в вазописи. В Средневековье его изображали в миниатюрах с луком, стрелами и лирой, а также как персонификацию Солнца.

Открытие в конце XV века «Аполлона Бельведерского» — римской копии греческого оригинала IV века до н. э., вероятно, Леохара — стало событием эпохи: статую с уравновешенной динамикой позы, предполагаемым колчаном за спиной, луком и лавровой ветвью воспринимали как высший образец пластической гармонии. И. Винкельман назвал её «высшим идеалом искусства среди всех произведений древности», тем самым закрепив канон. Сюжет «Парнас» получил программный статус: у Рафаэля фреска «Парнас» в станцах Ватикана аллегорически объединяет поэзию и музыку вокруг играющего на лире Аполлона; вариации создали А. Мантенья и Ф. Приматиччо (вилла Папы Юлия, Фонтенбло), Н. Пуссен («Аполлон и музы», Прадо) и К. Лоррен («Аполлон и музы на Геликоне»). К частым мотивам относятся «Аполлон и музы» (Л. Лотто, Дж. Романо, Тинторетто, А. Р. Менгс), «Аполлон с Артемидой» (А. Дюрер, Л. Кранах Старший), «Аполлон, правящий солнечной колесницей» (Б. Перуцци, Г. Рени; Дж. Романо, Доменикино), «Аполлон убивает Пифона» (Доменикино, П. П. Рубенс, Э. Делакруа). В пластике особое место занимают «Аполлон и Дафна» Дж. Л. Бернини, «Аполлон» Я. Сансовино, Б. Торвальдсена и Огюста Родена, а также изящная резная группа Якоба Ауэра из слоновой кости, фиксирующая момент превращения Дафны в лавр.

На фоне классического идеала встречаются и отступления от канона: в «Аполлоне Кифареде из Помпей» отмечены вялость форм и припухлость в поясничной области, что контрастирует с обычной конструктивной чёткостью фигуры. Сюжетно-аллегорические интерпретации, от морализаторской программы Мантеньи до сюрреалистических «Тревожных муз» Дж. де Кирико, показывают, как образ Аполлона используется для рассуждений о границах разума, дисциплины таланта и роли искусства в обществе. Так образ бога — от календарной сакрализации дней и месяцев до изобразительных программ европейских дворов — сохраняет функцию меры, гармонии и публичного порядка.