Дмитрий Шемяка — биография
Дмитрий Шемяка — великий князь Московский из династии Рюриковичей, участник междоусобной борьбы XV века. Он был сыном звенигородского и галицкого князя Юрия Дмитриевича, внуком великого князя Дмитрия Донского и принадлежал к той ветви московского княжеского дома, которая позднее вступила в борьбу за великокняжеский престол.
Происхождение
Дмитрий Шемяка был вторым сыном звенигородского и галицкого князя Юрия Дмитриевича и его жены Анастасии Юрьевны, дочери смоленского князя. Этот брак задумывался как союз, способный укрепить связи между княжескими владениями, однако со временем приобрёл и значение прочного семейного союза. Анастасия Юрьевна поддерживала мужа и родила ему четверых сыновей. Дедом Дмитрия по отцовской линии был великий князь Дмитрий Донской, одна из ключевых фигур русской истории конца XIV века. Старший брат Дмитрия, Василий Косой, а также следующий за ним по возрасту брат Дмитрий Красный впоследствии участвовали в борьбе за великокняжеский престол, тогда как младший сын Юрия Дмитриевича не был вовлечён в эти конфликты и умер в монашестве ещё до начала семейной междоусобицы.
Точная дата рождения Дмитрия Шемяки в источниках не установлена. Историки исходят из того, что Юрий Дмитриевич вступил в брак в 1400 году, а Анастасия Юрьевна умерла в 1422 году, поэтому рождение князя относят именно к этому промежутку. Не имеет окончательного решения и вопрос о происхождении его прозвища. По одной версии, «Шемяка» восходит к татаро-монгольскому слову «чимек», которое переводят как «украшение»; по другой — первоначальная форма прозвища звучала как «шеемяка», и её смысл считается более прозрачным. Имя Дмитрий, по наиболее распространённому предположению, отец дал сыну в честь его деда Дмитрия Донского, пользовавшегося широкой известностью и почитанием.
Борьба за престол
После смерти великого князя Василия I московский престол перешёл к его сыну Василию II, который к тому времени оставался единственным живым наследником по этой линии. Молодой князь добился признания своих прав и получил ханский ярлык на великое княжение, что в условиях ордынской зависимости сохраняло решающее политическое значение. Однако с таким развитием событий не согласился его дядя Юрий Дмитриевич, младший брат Василия I и отец Дмитрия Шемяки. В 1430-х годах Юрий, опираясь прежде всего на сыновей Василия Косого и Дмитрия Шемяку, начал борьбу с племянником за верховную власть. После военного успеха над силами Василия II Юрий Дмитриевич занял великокняжеский стол, но уже в 1434 году умер.
После смерти Юрия власть в Москве самовольно захватил находившийся там Василий Косой. Этот шаг вызвал недовольство его младших братьев, которые предпочли вернуть на престол Василия II и помогли вытеснить старшего брата из столицы. За поддержку Василий II пожаловал Дмитрию Шемяке уделы в Ржеве и Угличе. Такое решение временно закрепило союз между ними, но не устранило главного противоречия внутри дома потомков Дмитрия Донского. Дмитрий Юрьевич, обладавший значительными политическими притязаниями, вскоре сам стал стремиться не к владению отдельными землями, а к великому княжению.
Новый поворот в борьбе произошёл в 1445 году, когда Василий II выступил против войск Золотой Орды, нарушивших границы Руси. Дмитрий Шемяка участвовал в походе, однако в решающий момент не оказал великому князю необходимой помощи. Сражение завершилось поражением московских сил, а Василий II оказался в плену у ордынцев. Этим воспользовался Дмитрий Юрьевич, который занял великокняжеский престол. Между тем пленённый Василий договорился с ханом о своём освобождении за крупный выкуп, и в 1446 году, опираясь на ордынскую поддержку, сумел вернуть себе власть, что вызвало раздражение части боярства и духовенства из-за усиления татарского влияния при дворе.
Ослаблением позиций соперника Шемяка воспользовался немедленно. Он вступил в соглашение с Иваном Можайским и Борисом Тверским, а затем, узнав о поездке Василия II на молебен в Троицкий монастырь, организовал новый захват власти. Пока великий князь отсутствовал, сторонники Дмитрия вернули контроль над правлением, а Иван Можайский вскоре захватил самого Василия. По приказу Шемяки соперника ослепили, после чего за Василием окончательно закрепилось прозвище Тёмный. Его семья была отправлена в заточение в Углич, хотя позднее, под давлением митрополита Ионы, Василия освободили, между противниками было заключено примирение, а сам он получил в удел Вологду.
Правление Дмитрия Юрьевича в Москве оказалось недолгим и вызвало неоднозначные оценки уже у потомков. В историографии за ним закрепилось представление о времени произвола, взяточничества и судебных злоупотреблений; с этим связывают и выражение «Шемякин суд», ставшее обозначением несправедливого и продажного суда. Подобную характеристику в значительной мере закрепил Николай Михайлович Карамзин, чьи оценки сильно повлияли на последующее восприятие князя. Вместе с тем часть историков не принимает столь одностороннего взгляда и рассматривает Шемяку как продолжателя политической линии своего деда Дмитрия Донского и претендента, считавшего себя законным обладателем великокняжеского престола. Как бы ни трактовались его намерения, недовольство в верхах и неустойчивость власти быстро сказались на положении нового правителя.
Едва прибыв в Вологду, Василий Тёмный начал стремительно собирать сторонников, и войско, достаточное для сопротивления, сложилось за очень короткое время. Узнав о подготовке выступления, Дмитрий Шемяка и Иван Можайский двинулись навстречу противнику, однако обстановка изменилась не в их пользу. Москва неожиданно перешла под контроль сторонников Василия, и Шемяка был вынужден спешно отступить в Галич. В 1447 году он начал переговоры с соперником и согласился передать Василию Углич, Ржев и Бежецкую волость, вернуть казну и отказаться от дальнейших притязаний на престол. Но достигнутый мир не стал прочным: Дмитрий Юрьевич не собирался окончательно отказываться от борьбы и продолжил искать опору среди новгородцев, жителей Вятки и удельных князей, одновременно подрывая авторитет Василия Тёмного.
Суд над Шемякой Василий возложил на духовенство, рассчитывая, что церковный авторитет сможет остановить дальнейшую смуту. По неподтверждённым сведениям, Дмитрий даже был отлучён от церкви и предан анафеме, хотя вопрос об этом остаётся дискуссионным. Ни увещевания, ни решения епископов не изменили его поведения, и в 1448 году Василий Тёмный вновь выступил против него в поход. Испугавшись военного столкновения, Шемяка тогда согласился на очередной мир, но и этот договор выполнять не собирался. Уже в 1449 году его войска безуспешно пытались овладеть Костромой, а в 1450 году московская рать подошла к Галичу и разбила его полки.
После поражения Дмитрий Юрьевич бежал из своего удела и обосновался в Новгороде — одном из важнейших политических центров Северо-Восточной Руси, сохранявшем особый порядок управления и собственные интересы в отношениях с Москвой. Оттуда он сумел захватить Устюг и, по свидетельствам источников, сурово расправлялся с теми, кто не желал ему подчиняться. В 1452 году Василий Тёмный выступил с походом для освобождения устюжан и восстановления контроля над этой землёй. Шемяка, опасаясь нового поражения, не стал принимать решающий бой и отступил обратно в Новгород. Там продолжился последний этап его политической борьбы, уже проходивший вне Москвы, но по-прежнему связанный с вопросом о верховной власти на Руси.
Личная жизнь
Сведения о личной жизни Дмитрия Юрьевича Шемяки и судьбе его потомков сохранились фрагментарно, что характерно для источников по истории русских княжеских домов XV века. Точные даты брака и рождения детей в летописях не зафиксированы, поэтому исследователи опираются на косвенные хронологические ориентиры. Не ранее 1436 года Дмитрий Шемяка вступил в брак с Софьей Дмитриевной, дочерью заозерского князя. Подобные брачные союзы между удельными княжескими линиями были распространённой практикой и служили укреплению политических связей между владениями.
В семье родились как минимум двое детей. Не ранее 1437 года у супругов появился сын Иван, который рассматривался как потенциальный продолжатель линии Шемяки. Также упоминается дочь Мария, рождение которой источники относят к периоду не ранее 1436 года. В условиях нестабильной политической обстановки судьба детей князя была напрямую связана с исходом междоусобной борьбы, в которой участвовал их отец.
После гибели Дмитрия Шемяки положение его семьи стало уязвимым. Опасаясь преследования со стороны великокняжеской власти, его вдова Софья Дмитриевна в 1456 году покинула пределы Руси и вместе с сыном отправилась в Великое княжество Литовское. Такой шаг отражал распространённую практику поиска убежища в соседних государствах, которые в этот период выступали как альтернативные центры силы для русской знати. Дочь Мария, к тому времени уже состоявшая в браке с новгородским и псковским князем, умерла в том же 1456 году, что завершило ранний этап истории семьи после падения её политического влияния.
Смерть
В 1453 году великий князь Василий II направил в Новгород дьяка Степана Бородатого с поручением устранить Дмитрия Шемяку, который продолжал оставаться политическим противником и источником нестабильности. Посланник сумел реализовать замысел через подкуп людей из окружения князя. Ключевую роль сыграл повар по прозвищу Поганка, согласившийся принять участие в заговоре. В приготовленное для стола куриное мясо был подсыпан яд, что стало причиной тяжёлого отравления.
После этого Дмитрий Шемяка в течение примерно двенадцати дней испытывал мучительные симптомы и вскоре умер. Позднейшие исследования его останков подтвердили факт отравления, что позволяет рассматривать гибель князя как результат преднамеренного убийства. Вместе с тем в историографии существует и альтернативная версия, согласно которой устранение Шемяки могло быть организовано не по прямому указанию великого князя, а при участии новгородской знати, уставшей от затяжной феодальной войны и противостояния с Москвой.
Смерть Дмитрия Шемяки вызвала противоречивую реакцию современников. Сам способ расправы воспринимался как коварный и вызвал осуждение у части общества, особенно среди тех, кто придерживался традиционных представлений о чести в политической борьбе. При этом образ самого князя в восприятии некоторых современников претерпел изменение: из жесткого и властного правителя он в определённой степени превратился в фигуру страдальца. Для Василия II устранение соперника не повлекло заметных политических последствий и фактически завершило длительный этап междоусобной борьбы внутри московского княжеского дома.